Измарагдне автологических слово (паренетикон)

Измарагдне автологических слово (Паренетикон) Предисловие к сборнику «Мой Измарагд», собственно, касается всего циклов «Паренетикон», «Строфы», «Притчи» и «Легенды». Это документ, который по своему содержанию выходит за пределы предисловия. Здесь Франко высказывает свои взгляды на искусство («истинная поэзия должна быть завсегда моральной»), на христианскую мораль «великих учителей человечества», которые ищут «царствия Божия и правды Его»; "...Я хотел сделать, — пишет автор, — свой сборник насквозь моральной ". Таким образом, сборник «Мой Измарагд» в целом тоже субъективно-риторической, но в совершенно ином смысле. В ней (за исключением первого и последнего циклов) не нарушаются социальные и общественно-политические вопросы. Морально-этическая философия И. Франко, его отношение к религиозным догмам, его способ создания своего «изумруд» — все это в сжатой форме нашло отражение в предисловии. Автор отмечает, что материал в сборник он собирал на протяжении пятнадцати лет (так морально-этическая проблематика волновала его всегда). «На чужой основу я накладывал свои собственные узоры», — пишет Франко. Есть в предисловии проблема, которую в современном литературоведении определяют как присутствие в тексте поэтики читателя. Другими словами, текст создавался с определенной установкой — вызвать у читателя соответствующий психологически интеллектуальное состояние. "А тебе, дорогой брат или дорогая сестра, что будешь читать эти строки» не мудрствуя лукаво «, желаю того душевного покоя, того мягкого, нежного, искреннего настроения, который находил я ...». Автор хочет, чтобы в душу его читателя упала хоть капля «доброты, кротости, толерантности не только для отличных взглядов и верований, но даже для человеческих заблуждений и ошибок, и беззаконий». Речь идет о понимании человеческой природы и сущности человека. Весьма интересной является указание на название сборника: «Древнерусский автор (XIV в. — Г. П.) не без размышления назвал свой сборник» изумруд ". Он, очевидно, верил в то, что кажеться о сей камень в конечно апокрифических сказаниях: «Измарагдъ свhтель есть, яко и лицо человhче видhты въ немъ яко въ зерцалh». высоким стремлением автора является то, чтобы его слово было ясным и чтобы в нем, "как в зеркале, было видно человеческое, щиролюдське (курсив наш. — Г. П.) лицо ". Измарагдне слово Франко, как он подчеркивает, объединенное «общим диапазоном морального чувства и темперамента» самого автора. Есть еще одна очень важная проблема. Религиозность (ее морально-этическая основа и фундаментальные основы) как способ бытия и проблема «катехитичной, догматической морали»; нравственность Франко не так, как «колиноприклонна, поклонобийна и черствосердна нравственность многих столбов церкви, призванных и непризванные момент религии». Еще на заре своего поэтического творчества Франко писал о «Божеское в человеческом теле», и это он считал основным в религиозности человека. «Значительная часть помещенных здесь стихов — то правдивые Schmerzenskinder», — пишет Франко. Дети боли. И далее: "Может, сей мой физическое и духовное состояние отразился и на физиономии сеи книги. В глупости человек нуждается, чтобы с ним обходились мягко, ласково, и сам делается мягким, и мягким, и толерантным. Его обхапуе глубокое, нежное чувство, желание любить, благодарить кого-то, ютиться в кого-то из доверием, как ребенок к отцу. Не знаю, насколько ясно отразилось то чувство в отси книге, и знаю, что я хотел сделать ее книгой насквозь моральной «. Итак, нравственная идея пронизывает все двадцать четыре поэзии» Паренетикону ". Как и последующие поэзии, они почти сплошь автологических, что, однако, не мешает им звучать афористично. Афористичность органически связана с идейной задачей сборки — оригинально, по-новаторски перевести моральные науки предков (однако не забудем о «собственные узоры» автора). Стихи «Паренетикону» строятся по принципу параллелизма и своеобразной триады: два компонента параллелизма и моральная сентенция. Подчеркнем также, что в этом сборнике отразилась глубокая религиозность Ивана Франко, его органическое восприятие Евангельского Слова. И стихотворение. Речь идет о «богача», который приготовил «славный обед» — «блюда найдобирни и напитки» — и пригласил на этот обед самого царя: А соли не добавил к блюдам, — Какие же из них пожитки? Образ «соли». Вспомним Евангельское, Христово: «Вы соль земли», как и Франкове с «Святовечирньои сказки»: "Вы соль сеи земли. Как потеряет силу она, то кто посолить хлеб из нового зерна? «. Далее идет образ человека, наложила» печать на сердце «и живет только для себя. Такой человек »не приблизится на пядь К богу без любви». Все тщетно без любви. Здесь уместно вспомнить известные слова апостола Павла с его «Первого послания» к Коринфянам (13: 1-8). Добродетель, труд, молитва, пост, жертва, тревога — все тщетно без любви к ближнему. Одна любовь из них сделает сокровище ценный Перед престолом Бога. Тема любви продолжается. Автор представляет свое глубокое понимание Евангельской заповеди: «Любите врагов своих». ИИ стихотворение тоже имеет компонент параллелизма («Как хорошо щепы садовник лелеет»), но в целом поэтическая структура ИИ стихотворения обозначена автологичнистю. «Не следует всякого любить без разбора», — такая «завязка» идеи стихотворения. Нет заслуги в любви «к брату, другу». Это само по себе органическая потребность человека. Господь сказал: «А вы любите своих врагов». И глубокий вывод, в котором отразилась сама суть Франко восприятие Евангелия. Господь НЕ сказал: «Моих врагов любите!» Вот, братья, вы хорошо понимайте, Что враг божий, враг правды и свободы Не стоит любви вашей никогда. «Правда и воля», — так понимает Франко сущностные признаки справедливого общества, приметы праведности каждой единицы. По параллелизмом структурируется также ИИИ стихотворение цикла. И здесь имеем сплошную Автология. Пост, молитва без добрых поступков, без дел — дело бесполезное. Основная идея стихотворения выражена в строке: «А без хороших поступков духом умирать». Обратим внимание на анафористични вопрос в нескольких дистихах («И какой пользы ...» или «И какая заслуга ...»), чем подчеркивается афористичность стихотворения и категоричность нравственной науки. В ИV стихи утверждается идея, которую мы тоже знаем из религиозного учения: «Глас Народа — голос Божий». «Принимай потеху и науки Из простых уст», — учит Франко. За исключением параллелизма, предоставляющая стихотворению некоторых признаков метафористичности (триада: народ — вражеское войско — гордый мудрец, пренебрегает слово народа), структура поэтической речи здесь автологических. Стихотворение V называется «Богач» и состоит из двух частей. Идея стихотворения — осуждение фарисейства. Богач поставил свечу в церкви, но обидел бедного — «свеча погасла». Богач дал милостыню, и его слуги, пас волов, истоптали ниву убогого соседа. Находим такое обращение к богачу: Глупый! Ты бога обмануть думаешь сим приложением мизерным, — Кривда твоя как гром против тебя гремит! Только последние строки в этой поэзии построены метафорически. Все остальное — Автология.