Образ офелии в лирике оксаны забужко — гендерный аспект часть 3

В то же время Забужко устами своей героини иронизирует над Гертрудой, разоблачает ее легкомысленную изменчивость, непостоянство в чувствах и отношениях с людьми: „ ... Ты встанешь — и, вместо / блистать в суфитах слезами, / обтрусишся и выйдешь замуж — / Не с горя, а просто так. / В третьих, как и во второй раз, / Ты будешь так подруга, / Кто туго попадет подпругу / Между ног тебе зашморгнуть ". Гертруда олицетворяет те человеческие черты, которые стереотипно воспринимаются как типично женские — текучесть, ненадежность, конформизм , но в то же время незащищенность и потребность в зависимости от мужчины. Именно поэтому она „ приз «, „ трофей» нового короля, отсюда и саркастическое сравнения: „ Лошадь монаршей масти! / Тебя из конюшни НЕ украсть — / Тебя, принадлежность монарства, / С ним вместе победители берут ". Автор отмечает стремление королевы всегда находиться на стороне и под защитой сильного, повиноваться не теряя достоинства и одновременно быть его повелительницей. О. Забужко разоблачает не лучше сторону натуры Гертруды, которая с легкостью погружается в водоворот новых чувств с каждым новым мужчиной, забывает бывшего короля и без горя и слез принимает короля будущего в то время как своего завоевателя и мужа: „ Поэтому, думаю, на этот раз / Ты выйдешь — до Фортинбраса / И жестом пловчихи (брассом!), / К стоп ему обрушивает наряд, / Словно шкуру убитого льва / (Или — мужа)! — О, есть королева / В Дании! ". В отличие от М. Цветаевой, О. Забужко изображает Гертруду не только страстной, но и жгуче сексуальной: „ Аве, Регина-вагина! / Се край твой — под балдахином, / Где ножки дубового вгину / Каждую ночь до рассвета скрипят! ". В тексте произведения много телесной символики, назначение которой — показать природную сущность королевы: Гертруда живет телом, и только оно дает ей наслаждаться жизнью, дает возможность владеть людьми через собственное тело и чувствовать себя настоящей королевой: &bdquo ... в головах ложа, / Где миром, КОМ и непохожа / На себя вчерашнюю, сложим / вспотевший, как сыр, лбом / Поклонную благодарность Марии, / Что лоно твое мелеет / (хоть цера, по правде, стене / И на бедрах — сосудов бурелом) ". В поэзии „ Офелия — Гертруде "Оксана Забужко воплотила две противоположные женские ипостаси. Для усиления контраста поэтесса отделила их, „ поделив «между двумя героинями. Гертруда в поэзии О. Забужко символизирует „ вечно женское», которое связывается с нестабильностью, легкомыслием, бездушием и ложью. Она очень уверена, легко приспосабливается к изменениям и даже в трудном положении пытается обратить ситуацию в свою пользу, любит власть и роскошь, не имеет глубоких чувств к окружающим людям, забывая мужчин, ее любили, имеет хорошее тело и очень страстная. Теряя мужа и сына, она не отчаивается, а продолжает наслаждаться жизнью. Даже ее старость автор изображает как продолжение благородного царствования и приема человеческого восторга, даже трагическая гибель сына для нее лишь повод увековечить свое имя в мемуарах: „ Ты в старости будешь пышная — / Большой, валежных, опишся / (Хоть бы отклик лишний!) / В сверкнет заоблачные выси седин! / Твоим чадитимуть очарованием / Современники — стрийна в муары, / читать им мемуары / Под названием „ Гамлет, мой сын ". Автор голосом Офелии уверяет королеву, что она никогда не исчезнет как олицетворение „ настоящей «(типовой) женщины: &bdquo ... пей спокойно, Гертруда, — / Никогда тебя не убудет». Оксана Забужко убеждена, что именно такой тип женщины является жизнеспособным и сильным. Именно такая женщина, не перегружена муками совести, чувствами долга, любви, преданности способна выжить в жестоком мире благодаря конформизма и лживости: „ Мы все — твои отбывали, / И ты нас всех похорони — / И все ложью надень ". Однако помимо этого она олицетворяет тело без души. Душу, а если точнее, утраченную духовность, символизирует Офелия. Женщина с чистой душой и открытым сердцем не может жить в мире и либо погибает, либо превращается в свою противоположность. Именно поэтому голос Офелии, что звучит из потустороннего — это обращение души к телу. Таким образом, якобы продолжая цветаевская традицию защиты королевы Офелией одновременно Оксана Забужко иронизирует над своими героями и над миром, в котором женщина не может быть собой и вынуждена либо отказаться от своих душевных порывов, жить только телом, или бороться до смерти. Таким образом, подавая свое видение образа Офелии, Оксана Забужко продолжает традиции, основанные предшественницами — Лесей Украинский и Мариной Цветаевой. В своих стихах она переосмысливает тему безумия и творчества, обращается к символике цветов и представляет свое видение отношений Офелии с Гамлетом и Гертрудой. В то же время Оксана Забужко внесла существенные изменения в этот традиционный образ, сделав свою героиню современной женщиной, выполняет роль Офелии на сцене. В изображении автором образа Офелии наблюдается определенная эволюция: в первом произведении поэтессы „ Монолог Офелии «героиня — молодая актриса на сцене во время спектакля, растворяется в театральном персонажи и начинает терять свое реальное „ Я»; в поэзии „ Офелия и „ мышеловка «следующего сборника автор изображает Офелию-актрису с момента появления за кулисами к вызову на сцену, третий произведение „ Офелия — Гертруде» имеет психоаналитическое основание, в нем Офелия вообще находится за пределами изображения, она — это только голос, обращенный к королеве Гертруды . В своих стихах Оксана Забужко изображает конфликт существует во внутреннем мире женщины, пытается решить душевные противоречия в жизни личности. Литература

  1. Агеева В. П. Женский голос в любовном дискурсе. Викторианская мораль и женское безумие // Поэтесса излома веков. Творчество Леси Украинский в постмодернистской интерпретации: Монография. — 2-е изд., Стереотип. — М .: Просвещение, 2001. — С.91-112.
  2. Агеева В. П. Проблема коммуникативного разрыва в драматической поэме „ Кассандра "// Поэтесса излома веков. Творчество Леси Украинский в постмодернистской интерпретации: Монография. — 2-е изд., Стереотип. — М .: Просвещение, 2001. — С.133-167.
  3. Выготский Л. С. Трагедия в Гамлет, принц датский // Психология искусства. — Ростов-на Дону: Феникс, 1998. — С. 208-248.
  4. Выготский Л. С. Трагедия в Гамлет, принц датский, У. Шекспира // Психология искусства. — Ростов-на Дону: Феникс, 1998. — С. 341-406.
  5. Забужко О. Автостоп: Стихи. — К .: Украинский писатель, 1994. — 95 с.
  6. Забужко О. Дирижер последней свечи: Стихи. — М .: Советский писатель, 1990. — 143 с.
  7. Забужко О. Майский иней: Стихи. — К .: Молодежь, 1985. — 64 с.
  8. Зборовская Н. Лесина творчество как божественное безумие // Зборовская Н. Моя Леся Украинка: Эссе. — Тернополь: Джура, 2002. — 228 с.
  9. Зборовская Н. Размышления двенадцатый. Повесть „ Я, Милена «О. Забужко в „ феминистической» зеркале // Зборовская Н., Ильницкая М. Феминистические размышления на карнавале мертвых поцелуев. — Л .: Летопись, 1999. — С.127-133.
  10. Камю А. Миф о Сизиф. Эссе об абсурде // Сумерки богов / Сост. и общ. ред. А. А.Яковлева: Перевод. — Политиздат, 1990. — с.222 — 318.
  11. Украинка Л. Избранное. Ритмы. — М .: Государственное издательство худ. литературы, 1963. — С.146.
  12. Цветаева М. Избранное. — М .: Просвещение, 1984. — 367 с.
  13. Шекспир В. Гамлет, принц Датский // Шекспир В. Сочинения в шести томах. Т.5 / Перев. с англ. — К .: Днепр, 1986. — С.5-118.
  14. Шимборска В. Под одной звездой / Н. Г.Сидяченко, С. О.Шевченко (пер. И вовремя.). — Львов: Каменяр, 1997. — 109 с.